«Автограф времени» - 38. Словарь череповецкого говора.
Разделы : Персональная рубрика "Автограф времени"
Опубликовал Ziv от 13.06.2007
Михаил Кондратьевич Герасимов, составляя “Словарь уездного череповецкого говора”, пророчески отметил тот факт, что с проведением Северной железной дороги Череповецкий уезд теперь находится от Санкт-Петербурга в 400 верстах, поэтому полезные и вредные брызги столичной культуры достигнут наш город обязательно. И в недалеком будущем, по его мнению, многое изменится в народной речи и быте у населения Череповщины.

Полистаешь словарь Герасимова - откроешь для себя много интересного о происхождении бытовых названий, прозвищ, фамилий. Так, например, предки носителей фамилии Ражины наверняка были людьми немалого роста и недурны собой. Ражими в череповецком уезде называли людей больших, здоровых, крепких. Зато “рученька” -  это не уменьшительное от “рука”, а небольшое ведерко с крышкой и ручкой. Всего вероятнее, что сегодняшний “лох” произошел от стародавнего “лохича”. Герасимов указывает, что “лепило” - это “старательный”, а “голохват” - “хвастун”.

Сегодня из 21 века интересно услышать названия одежды, которую мы теперь уже не носим (бархатник, кумачник, волосатик); названия кушаний, которые мы теперь, к сожалению, не готовим (верещага, доспешник); названия сельскохозяйственных построек (мекальница, стайка) – много ли найдется людей, кто сумеет расшифровать эти слова? Кто сможет найти растения беломойку и синюху, определить, что такое веретья, чупа, шайма? Что это за месяцы бокогрей и травоспел? Кто из животных полуторник, а кто – язвица? Что готовят в такой посуде, как волошок?

“Знику не дать” - мог сказать наш земляк в 19 веке, что, кстати, означало – “неотступно просить что-нибудь”. Или: Сегодня бухонные пироги удались (бухонный – мягкий, пышный); Егорий с зелом – Никола с возом (зель означает “зелень”); Живем в затолши (затолшь – глухое место, в стороне от большой дороги).

Ели наши предки огомзули (большие краюхи хлеба), верешшагу (яичницу на молоке), подмурье (крошеный хлеб с водой), мяконек (пирог с картофелью); носили тиманы (сапоги из нечерненой кожи, называемые по деревне Тиманское, в которой изготовлялись), голицы (кожаные рукавицы без вязанок), бережники (сарафаны из крашеного синего холста), вершоки (чулки и носки).

Любили пословицы и поговорки, в содержание которых вкладывали свой образный смысл: Хотели башь на башь, да он спятился (хотели меняться чем-нибудь без придачи); Ну, сват, садись на попову щель (место в переднем красном углу, где сходятся под углом две лавки); Подумка хуже порчи (мнительность ведет к болезни); Что накопили – все избыли (извели, израсходовали, прожили); Не оставляй сбруи на ночь, а то ссочат (стянут, украдут).

Жители Череповецкого уезда любили подшутить друг над другом, выделить у кого-то ту или иную яркую черту. Благо, что многие из них определений были созданы либо на основе имен, либо на основе ярких черт характера: парень аховый – не сробнет (удалый, смелый, не испугается); ничего у ареда не выпросишь ( не выпросишьу скупого, жадного человека); ну и крикаль ты! (от слова шуметь); Степак его зовут (от Степана); этот Кима (от Екима).

А сейчас давайте просто послушаем голоса наших земляков из 19 века:

“На прошедшей неделе это ахеталось” (случилось, угораздило). “Нас собралась большая артелка” (артель). “Давно не видалиь, бульзные мои!” (ласкательное слово). “Пока ехали, выснитило дождем насквозь” (промочило). Но “после дождя все в полях-то возрынуло” (оживилось). “Так и живем голожьям, - когда хуже, когда лучше” (голожья – промежутки времени). “Все про старину голчили” (говорили). “Помаленьку клифеним – все на хлеб будет” (мастерим). “Кто-то колотырит кое-чем” (занимался мелкими делами). “Кто-то клюкшает” (тихо работает), “кто-то лытает от дела” (уклоняется). “Кто-то мрашить с перепою-то” (видится, представляется). “Не гунь об этом никому” (не гунь – молчи, не говори). “Ишь гайно-то рапустил – не боимся” (глотку, пасть, усиленно орет). “Говорю тебе взабыль, а ты не веришь” (вправду, не шутя, истинно). “Ой не ходите туда, девушки, там манить!” (привиделось, представилось что-нибудь страшное). “Нето-нето выбрались на дорогу!” (едва, насилу). “Доставайте огошик!” (огонь). “Ссяги квасу – да похолоднее!” (достань). “Покушай супротивные пироги-то!” (свежие, только что приготовленные). “И потюлькаем о чем-нибудь!” (побормочем).

( “Словарь уездного Череповецкого говора”, СПб, 1910 г. – сост. М.К. Герасимов).