«Автограф времени» - 67. Стерлядь, навигация и железная дорога в Череповце.
Разделы : Персональная рубрика "Автограф времени"
Опубликовал Ziv от 21.03.2008
Я надеюсь, многие череповчане знают, что плоть до середины 20 века в Шексне еще можно было поймать стерлядь. А в начале века, по весне, когда вскрывались шекснинские пороги, на Боро-Ивановских или Горицких быстринах начинался "гон" этой знаменитой "золотой" рыбицы.
Эльвира Риммер и Марк Бородулин в своей работе “Июнь 41-го” довольно подробно описали этот процесс. Ловили стерлядь простым, но весьма трудоемким способом, известным с незапамятных времен. Делалось это так: в одной из узких шекснинских быстрин через реку перекидывалась сеть - от берега до берега. Верст за семь от сети навстречу стерляди, которая поднималась на нерест, выезжали в лодках загонщики и гнали вниз по течению испуганную рыбу прямо в ловушку. Народу для этой цели собирали как можно больше. На легких лодочках, которых собиралось до сорока штук, “ботальщики”, то есть загонщики, били по воде специальными “боталами”, а вообще-то чем придется, выгоняя рыбу из заливчиков и пойменных мест, заставляя ее уходить вниз, к месту, перегороженному сетью. Вот это и был - “большой гон”. А потом в ресторанах и буфетах пассажирских пароходов появлялись изысканные блюда: “солянка московская из стерляди”, “стерлядь паровая”, “стерлядь разварная”, “стерлядь по-русски” и т.д. Стерляжью уху хорошо готовили в ресторане гостиницы “Москва”, что на Воскресенском проспекте. Уха была их фирменной гордостью. С началом навигации, когда открывалась “Большая шекснинская гавань”, в Череповце собиралось великое множество всякого народа. Цены на проживание в гостиницах “Россия”, “Москва”, “Санкт-Петербург” в это время заметно подскакивали. Впрочем, в гостиницах останавливались люди деловые, а значит, состоятельные, и цены их мало беспокоили. Те же, кто “попроще”, устраивались в частных домах.

С разных сторон Череповщины, так назывался в то время Череповецкий уезд, из дальних и ближних деревень шли в город крестьяне в надежде подзаработать. Их охотно принимали, как дешевую рабочую силу, в новой гавани, поскольку судна, приходившие в Череповец по Мариинской водной системе, перегружали часть своей поклажи в товарные вагоны Северной железной дороги, а подъездные пути к гавани еще не были готовы. 1909-1910 годы порадовали Россию обильными урожаями. Вывоз хлебов за границу достиг рекордной цифры. Только за тридцать дней июня 1910 года через Шекснинские шлюзы прошли 864 полновесных судна, и весь срочный груз был отправлен по железной дороге.
Череповец стал не только помощником, но и удачливым конкурентом Рыбинску – главной хлебной бирже России. Теперь большую часть волжского грузопотока, особенно хлебного, перегружали в гавани Череповца. Дальше он уходил по железной дороге в Петербург и Ригу. Не случайно в 1910 году городской голова Андрей Иванович Милютин (младший) был приглашен на “совещание при департаменте железнодорожных дел для рассмотрения вопроса об установлении исключительных тарифов на перевозку хлебных и нефтяных грузов от Череповца до Санкт-Петербурга”. И хотя в гавани все еще продолжалась наладка механизмов и оборудования, тем не менее в Министерство путей сообщения из Череповца поступил довольно объемистый документ под названием “Сведения о количестве перевезенных грузов малой, большой и пассажирской скоростью по прибытию и отправлению с указанием главнейших перевозок по станциям Череповец и Череповец-пристань”. Далее следовал длинный, в сотню позиций, перечень этих грузов, начиная от чугуна, железа и стали “не в деле” (то есть не в изделиях) до хлебных грузов. А между ними значились: стекло, сено, рыба, табак, сахар, бумага, портер и пиво, сода, болты, спирт, посуда и прочие товары. Город с населением не более 9 тысяч человек, который петербургские чиновники называли “Милютин”, стал полноценным городом – портом с большим весом в торгово-промышленном мире.
 
(Июнь 41-го. Эльвира РИММЕР, Марк БОРОДУЛИН. - Голос Череповца, 04.07.2001) .